Среда
17.01.2018
04:13
Форма входа
Логин:
Пароль:
Календарь новостей
«  Апрель 2010  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930
Поиск
Друзья сайта
Блоги:


Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Наш опрос
Кто Вы?
1. Ученик
2. Выпускник
3. Учитель
4. Родитель
5. Другое
6. Студент
Всего ответов: 164
Мини-чат
Новомалыклинская средняя школа
Главная » 2010 » Апрель » 17 » В СЛОМЛЕННОМ ТЕЛЕ НЕСЛОМЛЕННЫЙ ДУХ
В СЛОМЛЕННОМ ТЕЛЕ НЕСЛОМЛЕННЫЙ ДУХ
06:13


"Русс была и будет свинья",- сказал немецкий барон, в слугах у которого работала угнанная из Союза пятнадцатилетняя Катя. Не знал, фриц, что сила духа и твердость характера присущи даже нашим детям.

Дети войны — самая страшная страница истории Великой Отечественной.


Дорогой, добрый папенька!
Пишу я тебе письмо из немецкой неволи. Когда ты, папенька, будешь читать это письмо, меня в живых не будет. И моя просьба к тебе, отец: покарай немецких кровопийц. Это завещание твоей умирающей дочери.
Несколько слов о матери. Когда вернешься, маму не ищи. Ее расстреляли немцы. Когда допытывались о тебе, офицер бил ее плеткой по лицу. Мама не стерпела и гордо сказала: "Вы не запугаете меня битьем. Я уверена, что муж вернется назад и вышвырнет вас, подлых захватчиков, отсюда вон". И офицер выстрелил маме в рот...
Папенька, мне сегодня исполнилось 15 лет, и если бы сейчас ты, встретил меня, то не узнал бы свою дочь. Я стала очень худенькая, мои глаза ввалились, косички мне остригли наголо, руки высохли, по-хожи на грабли. Когда я кашляю, изо рта идет кровь — у меня отбили легкие.
А помнишь, папа, два года тому назад, когда мне исполнилось 13 лет? Какие хорошие были мои именины! Ты мне, папа, тогда сказал: "Расти, доченька, на радость большой!" Играл патефон, подруги поздравляли меня с днем рождения, и мы пели нашу любимую пионерскую песню...
А теперь, папа, как взгляну на себя в зеркало — платье рваное, в лоскутках, номер на шее, как у преступницы, сама худая, как скелет,- и соленые слезы текут из глаз. Что толку, что мне исполнилось 15 лет. Я никому не нужна. Здесь многие люди никому не нужны. Бродят голодные, затравленные овчарками. Каждый день их уводят и убивают.
Да, папа, и я рабыня немецкого барона, работаю у немца Шарлэна прачкой, стираю белье, мою полы. Работаю очень много, а кушаю два раза в день в корыте с "Розой" и "Кларой" — так зовут хозяйских свиней. Так приказал барон. "Русс была и будет свинья",- сказал он.
Я очень боюсь "Клары". Это большая и жадная свинья. Она мне один раз чуть не откусила палец, когда я из корыта доставала картошку.

Живу я в дровяном сарае: в колшату мне входить нельзя. Один раз горничная полька Юзефа дала мне кусочек хлеба, а хозяйка увидела и долго била Юзефу плеткой по голове и спине.
Два раза я убегала от хозяев, но меня находил ихний дворник. Тогда сам барон срывал с меня платье и бил ногами. Я теряла сознание. Потом на меня выливали ведро воды и бросали в подвал.
Сегодня я узнала новость: Юзефа сказала, что господа уезжают в Германию с большой партией невольников и невольниц с Витебщины. Теперь они берут и меня с собою. Нет, я не поеду в эту трижды всеми проклятую Германию! Я решила лучше умереть на родной сторонушке, чем быть втоптанной в проклятую немецкую землю. Только смерть спасет меня от жестокого битья.
Не хочу больше мучиться рабыней у проклятых, жестоких немцев, не давших мне жить!..
Завещаю, папа: отомсти за маму и за меня. Прощай, добрый папенька, ухожу умирать.
Твоя дочь Катя Сусанина...
Мое сердце верит: письмо дойдет.

Вскоре после освобождения белорусского города Лиозно в 1944 году при разборе кирпичной кладки разрушенной печи в одном из домов был найден маленький желтый конверт, прошитый нитками. В нем оказалось письмо белорусской девочки Кати Сусаниной, отданной в рабство гитлеровскому помещику. Доведенная до отчаяния, в день своего 15-летия она решила покончить жизнь самоубийством. Перед смертью написала последнее письмо отцу. На конверте стоял адрес:
"Действующая армия. Полевая почта №... Сусанину Петру". На другой стороне карандашом написаны слова: "Дорогие дяденька или тетенька, кто найдет это спрятанное от немцев письмо, умоляю вас, опустите сразу в почтовый ящик. Мой труп уже будет висеть на веревке". Номер полевой почты, написанный на конверте, устарел, и письмо не могло попасть адресату, но оно дошло до сердца советских людей!


Утром двадцать второго июня сорок первого года на одной из улиц лежала убитая девочка с незаплетенными косичками и ее кукла.
Многие запомнили эту девочку. Запомнили навсегда. Что есть у нас дороже наших детей? Что есть дороже у любого народа? У любой матери? У любого отца? А кто сосчитает, сколько детей убивает война, которая убивает их дважды?
Убивает тех, кто родился. И убивает тех, кто мог бы, кто должен был прийти в этот мир.
Война в жестокой слепоте своей соединяет и несоединимое: дети и кровь, дети и смерть.
Дети беспощадной волей войны оказывались в пекле страданий и невзгод и осилили, вынесли то, что, казалось бы, и взрослому преодолеть не всегда под силу.
Война отбирает у мальчиков и девочек детство – настоящее, солнечное, с книгами и тетрадями, смехом, играми и праздниками.
Самой природой, условиями существования рода человеческого детям предназначено жить в мире!
Что помнят они? Что могут рассказать? Должны рассказать. Потому что и сейчас где-то тоже рвутся бомбы, свистят пули, рассыпаются от снарядов на крошки, пыль дома и горят детские кроватки. Потому что и сегодня хочется кому-то большой войны, вселенской Хиросимы, в атомном огне которой дети испарялись бы, как капли воды, засыхали бы, как страшные цветы.
Как сохранить планету людей, чтобы детство никогда больше не называлось войной?

«Я ВИДЕЛ…» ЮРА КАРПОВИЧ – 8 ЛЕТ
Я видел, как гнали через нашу деревню колонну военнопленных. Там, где они остановились, была обгрызена кора с деревьев. А тех, кто нагибался к земле, чтобы сорвать зеленой травы, расстреливали. Это было весной….
Я видел, как ночью пошел под откос немецкий эшелон, а утром положили на рельсы всех тех, кто работал на железной дороге, и пустили паровоз…
Я видел, как запрягали в брички людей с желтыми кругами на шее вместо хомутов и катались на них. Как их расстреливали с этими же желтыми кругами на шее и кричали: «Юде!..»
Я видел, как у матерей штыками выбивали из рук детей и бросали в огонь…
Я видел, как плакала кошка. Она сидела на головешках сожженного дома, и только хвост у нее остался белый, а вся она была черная. Она хотела умыться и не могла, мне казалось, что шкурка на ней хрустела, как сухой лист…
Вот почему мы не всегда понимаем наших детей, а они не понимают нас. Мы – другие люди. Забуду, живу как все. А иногда проснешься ночью, вспомнишь – и кричать хочется…

«ТЕТЕНЬКА, ВОЗЬМИТЕ МЕНЯ НА РУКИ…» МАРИНА КИРЬЯНОВА – 4 ГОДА
…Вот если спросить: что такое детство? Каждый бы сказал что-то свое. А для меня детство – это мама с папой и конфеты. Все детство я хотела маму с папой и конфет. За войну ни одной конфеты не то, что попробовала на вкус – какая она, даже не видела. Первую конфету я съела через несколько лет после войны, когда мне было лет двенадцать.
А маму с папой я не нашла. Даже фамилии своей настоящей не знаю. Подобрали меня в Москве, на Северном вокзале.
— Как зовут? – спросили в детдоме.
— Мариночка.
— А фамилия?
— Фамилии не знаю.
Записали: Марина Северная.

Как хотелось, чтобы кто-то обнял, приласкал. А ласки было мало, кругом война, у всех – горе. Иду по улице.… Впереди мать детей своих ведет. Одного возьмет на руки, пронесет, этого поставит – другого берет. Сели они на скамеечку; она посадила меньшего к себе на колени. Я стояла, стояла.… Смотрела, смотрела.… Подхожу к ним: «Тетенька, возьмите меня на колени».

Светлана Алексиевич "Дети войны"



Просмотров: 941 | Добавил: nm-school | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]